Гидростроитель Юрий Севенард: «Хватит напрасно сжигать нефть и газ!»

Россия занимает второе место в мире по потенциалу водных энергоресурсов. А вот по степени их освоения мы уступаем почти всем развитым и многим развивающимся странам.

О том, в чём причины этого и почему у нас не появляются новые гидроэлектростанции, рассказывает доктор технических наук, строитель ряда крупных ГЭС советской эпохи Юрий Севенард.

Какая энергия дешевле?

Дмитрий Писаренко, «АиФ»: Юрий Константинович, полвека назад гигантские ГЭС на наших реках вырастали одна за другой. Сейчас подобных проектов и в помине нет. Всё, что нужно, уже построили? Потребности в электроэнергии удовлетворены?

Юрий Севенард: Вот у меня в столе лежит переписка с министерством энергетики. В ней два заместителя министра пишут о том, что электроэнергия в Волжском регионе, а именно в Нижегородской области, сейчас не нужна. И в перспективе такая потребность не просматривается. А между тем, в регионе реконструируют тепловую станцию на 300 мегаВатт. Как же это понимать? Как это «энергия не нужна», если там строят ТЭЦ? Кроме того, ЕЭС России обеспечивает её переток в другие регионы.

Чистая энергия рек. Мир переживает гидроэнергетический бум

Во всём цивилизованном мире освоение гидроресурсов находится на уровне не ниже 80%. У нас это лишь 20-22%. При наших-то возможностях! В стране, где одновременно возводили Братскую и Красноярскую ГЭС, затем Усть-Илимскую, Саяно-Шушенскую, Нурекскую, строительство которой я возглавлял, Чиркейскую, Зейскую, Калымскую и другие ГЭС. Где ежегодно вводилось более 2 млн киловатт мощности. 

Сегодня такое может только сниться. Строительство гидроэлектростанций практически сходит на нет. Долго, мучительно и неэффективно доводят до ума только те станции, которые когда-то были начаты. С большим трудом ввели в эксплуатацию Нижне-Бурейскую ГЭС. А более ничего и не планируется.

В итоге вся отрасль загибается. Инженерная подготовка по гидротехническому строительству деградирует, проектные институты живут без перспективы, сдают помещения в аренду. На эти деньги да ещё на какие-то случайные заказы содержат своих пожилых сотрудников, на смену которым никто не спешит. А ведь потом восстановить эту отрасль будет очень трудно.

— Так почему не строят новые ГЭС?

— По-видимому, потому, что качать нефть и газ проще. Затраты сравнительно небольшие, а доходы огромные. Но выгода эта сиюминутная. Если оценивать на перспективу и в комплексе факторов, то гидроэлектроэнергия и другие возобновляемые источники всё равно предпочтительней. 

Во-первых, она дешевле — в 1,5 раза минимум. В её выработке нет топливной составляющей, это безресурсные расходы. Вода сама течёт, крутит, как мельницу, колёса турбин, а те приводят в действие генераторы, вырабатывающие электричество. Есть только затраты на содержание и эксплуатацию, но они минимальные. 

Во-вторых, ГЭС дают экологически чистую энергию. Да, при возведении водохранилищ меняется экология рек, но в этом большой беды нет, если подходить к вопросу разумно. Во всяком случае, это не сравнить с тем, какие последствия дают бездумное высасывание из недр Земли ресурсов, предназначенных природой вовсе не для сжигания, и засорение атмосферы продуктами их горения. Зачем жечь газ, если можно крутить турбины водой? Если его и жечь, то не в бытовых условиях — в них газ следует повсеместно заменить на электричество.

В-третьих, у гидроэлектростанций есть ещё одно преимущество перед ТЭЦ и АЭС. Они лучше всего подходят для ситуаций, когда возрастает нагрузка на сети и возникает резкая потребность прироста мощности. То есть в утренние и вечерние часы. Только гидроагрегаты способны быстро подстраиваться и маневрировать мощностями. Атомные станции работать в пике нагрузок не могут, а тепловые могут, но гораздо медленнее и с опасностью повышенного износа оборудования.  

Вокруг своего света. Как осетины строят самодельные электростанции на реках

— Есть ещё проблема ночной выработки энергии: куда её девать, когда люди спят, а предприятия не работают? Возможно ли накапливать? Какие тут есть решения? 

— Для этого придумали, и достаточно давно, гидроаккумулирующие электростанции — ГАЭС. Это такие станции, которые в ночное время, когда потребление энергии падает, закачивают воду в верхние бассейны своих водохранилищ. А в утренние и вечерние пики сбрасывают её, вырабатывая электроэнергию. Таким образом выравнивается суточный график электрической нагрузки. Только в Европе работают уже более 500 таких станций. У нас — внимание! — всего одна. Это Загорская ГАЭС-1 в Подмосковье. Недавно ещё введена Зеленчукская ГЭС-ГАЭС — уникальный долгострой.

Я предлагаю сделать создание ГАЭС частью государственной политики. Раз у нас не выполняется постановление правительства о строительстве ГЭС прямого потока (такое постановление было издано, а потом заброшено и забыто), так давайте пока строить так необходимые ГАЭС! Это позволит возродить и сохранить отрасль, даст огромный экономический эффект. Причём их можно строить в комплексе с атомными станциями, которые, как я уже сказал, сами не участвуют в пиковых нагрузках.

Как спасти ситуацию?

— От ТЭЦ, вырабатывающих электроэнергию за счёт сжигания углеводородов, вы предлагаете совсем отказаться? 

— Считаю, хотя бы частично их было бы целесообразно законсервировать. Нельзя жить сегодняшним днём, надо ориентироваться на перспективу, на развитие. Если мы намерены построить устойчивую экономику (а наш президент стремится к тому, чтобы она вошла в первую пятёрку экономик мира), нам прежде всего нужна надёжная и эффективная энергетика. 

Вышли на минуту, ушли навсегда. Очевидцы об аварии на Саяно-Шушенской ГЭС

— Но гидроэнергетику нельзя назвать абсолютно надёжной. Все мы помним аварию на Саяно-Шушенской ГЭС, унесшую жизни 75 человек.

— Уверяю вас, выводы из той аварии сделаны. Причины её крылись и в упущениях заводского характера, и в недостатках при эксплуатации. Шпильки, которые удерживали крышку турбины, были изношены, некоторые — на 90%. И крышку сорвало. Если бы шпильки регулярно проверялись и своевременно менялись, аварии не случилось бы. При соблюдении регламента эксплуатации ГЭС могут работать вечно. 

— Прям так и вечно? А сами плотины в реконструкции и укреплении не нуждаются? 

— Бетон, из которого они построены, — материал вечный. Со временем он даже повышает свою прочность. Правда, бетонная плотина — сооружение не целостное, там есть швы. Необходимо наблюдение за этими швами, за температурным режимом и пр. Если вовремя всё это делать, она будет стоять вечно.

— Давайте вспомним ещё одну аварию — так называемый блэкаут 2005 года, когда без электричества на несколько часов остались Москва, Подмосковье и некоторые соседние области. Ведь после этого решили строить ещё одну станцию под Загорском. Что с ней сейчас? 

— Осенью 2013 года строительство Загорской ГАЭС-2 было почти завершено. Но вечером 17 сентября случилось ЧП. Здание станции — сооружение в 110 м по длине, 75 м по ширине и 350 тыс. тонн весом — просело на метр с лишним. Я в то время работал в организации, которая вела строительство, и сразу выехал на место. 

Причина просадки была в том, что сооружение стояло на слабых грунтах и их размыло. Чтобы этого не произошло, нужно было выполнить перед станцией обязательную в подобных случаях противофильтрационную завесу. Как инженер я ещё в процессе строительства это понимал и настаивал на соответствующих мероприятиях. Но своевременно необходимых решений принято не было. 

Просевшую станцию изучали три комиссии, там работали водолазы. В результате «назначили» виновными всех, кто имел к ней отношение. А сама ГАЭС так и стоит заброшенной. Её не восстанавливают.

Чистая энергия: что надёжнее — Солнце и ветер или атом?

— А это технически возможно? 

— Мной сразу был предложен проект её восстановления. Проект уникальный, но реальный. Необходимо превратить станцию в корабль с осадкой 42 метра, предусмотрев меры, чтобы она не накренилась, наполнить имеющийся окружающий котлован водой, и сооружение …просто всплывёт. 

— Как всплывёт? Она что, деревянная? 

— Нет, но её поднимет сила Архимеда, которая, как известно, стремится вытолкнуть любое тело, погружённое в жидкость. Сооружение поднимется в проектное положение, под него подливается бетон, после чего откачивается окружающая вода, восстанавливаются все остальные конструкции, и выполняется противофильтрационная завеса.

Необходимые расчёты проведены, вы ведь не думаете, что я это говорю с бухты-барахты? Утверждаю это на основании личного опыта по исполнению гигантских железобетонных наплавных блоков при строительстве защитных сооружений Ленинграда от наводнений. 

На изготовление оборудования есть проект и исполнитель. На весь объект есть организация, способная эту ответственную задачу решить. Конечно, на уровне компетенции Академии наук следует осмыслить предлагаемое и дать ответственное заключение. 

Загорскую станцию можно и необходимо вернуть к жизни. А то это же позор: построили станцию, из-за недальновидности допустили её просадку и потом растерялись!

Источник

Понравилась статья? Поделиться с друзьями: